Адмирал Империи 4 [СИ] - Дмитрий Николаевич Коровников

в «Тавриду». На это и был расчет адмирала Парсона — ударить по «черноморцам» когда существенная часть их кораблей окажется по другую сторону портала. Время было выбрано удачно и все для американцев шло по плану.

Джейк Кенни улыбнулся, наблюдая на экране, как к его дивизии приближается русская эскадра. Самсонов оказался абсолютно прав, когда говорил о самоуверенности АСРовских адмиралов, которые не могли представить, чтобы кто-то оказался равным им по силе. Конечно, это прежде всего касалось тех флотоводцев, кто не встречался с русскими в секторе боя, и командующий 30-ой «линейной» дивизии как раз оказался одним из них.

Контр-адмиралу Кенни шел тридцать пятый год, и он считался одним из самых молодых и перспективных адмиралов своего времени. Отличник Академии, сын известного сенатора и член влиятельнейшей семьи в Республике. Военная карьера Джейкоба и его популярность росли как на дрожжах. Но управлять дивизией на марше или в спецоперации против повстанцев Лиги — это одно, а вот сражаться с русским императорским флотом — совсем другое.

Кампания против Российской Империи начиналась для адмирала Кенни очень даже неплохо. Его 30-я «линейная» была первой, что вошла в суверенную звездную систему русских. И как только она появилась, адмирал Белов сразу начал отступление, хотя имел под рукой целых три дивизии. Джейкоб на радостях принял маневр русских за слабость и неуверенность в собственных силах, что придало действиям молодого контр-адмирала еще больше энергии и напора.

Кенни все время пока 4-ый «вспомогательный» флот Парсона преследовал группу Кондратия Белова, пытался нагнать арьергард русских и навязать ему бой. Для этого 30-я «линейная» постоянно отдалялась от своих основных сил и уходила глубоко в дальний космос, нередко теряя с радаров другие американские дивизии. Но долгожданной встречи с русскими космоморяками так и не произошло, а вот чутье и осторожность у Джейкоба в результате такой погони были окончательно потеряны.

— Адмирал, сэр, по плану мы не должны так далеко отрываться от второй группы, — пытался вразумить контр-адмирала старший помощник, видя как сейчас 30-я «линейная» по привычке уходит вперед на сближение с русскими. — Командующим Парсоном давались четкие инструкции «не отходить друг от друга более чем на пятнадцать миллионов километров»… А в данную минуту от 25-ой «легкой» нас уже отделяет восемнадцать миллионов…

— Не скули, Ирвин, — отмахнулся Кенни от своего коммандера, — Лиза Уоррен скоро также включит форсаж на своих вымпелах и через час будет рядом, если в этом будет необходимость… Но уверен, ее помощь нам не понадобится…

— Но, сэр, мы тем самым нарушаем приказ командующего…

— К черту командующего, — выругался Джейкоб, — плевал я на этого осторожного до безумия Грегори Парсона. Он уже неделю гоняется за Беловым, а теперь и за Самсоновым, и никакого результата. Старик Парсон слишком медлителен и постоянно перестраховывается… Уверен, что ему хорошенько достанется от адмирала Коннора Дэвиса, когда тот узнает, что наш Грег так нерешительно вел себя весь начальный этап кампании…

Контр-адмирал был смел в выражениях, потому как хорошо знал, что ему — сыну сенатора и наследнику влиятельного семейного клана ничего не будет за подобные слова. Кто такой Парсон — простой служака-адмирал из бедной никому неизвестной семьи космоофицеров. Командующий, в отличии от его комдива, не имел ни связей, ни особого влияния во флоте. А Джейкоб Кенни — это совсем другое. Пусть он пока молод, но к его голосу уже прислушиваются в Сенате. Его, благодаря семье и деньгам, уважают и боятся. Да, Джейк пока не достиг высот флотской иерархии, на что контр-адмирал явно надеялся после окончания Русской кампании, дайте только время и возможность проявить себя…

В данный момент Кенни видел шанс отличиться и шел к его реализации огромными прыжками навстречу русским боевым кораблям.

Нет, никто уже не заберет у меня победу, — решил контр-адмирал и в очередной раз приказал своим кораблям запустить режим форсажа. 30-я «линейная» просто летела к своей славе…

Вот уже до русских не более двадцати минут хода. Благо адмирал Хиляев сам движется навстречу. Как долго Джейкоб ждал этого момента…

— Всем вымпелам — выстроиться в две «линии», — приказал американский адмирал, — Первая — линейные корабли, крейсера и фрегаты поддержки. Вторая линия — авианосец и эсминцы охранения…

— Выпускать истребители, сэр? — задал вопрос офицер на капитанском мостике уже готовый связаться с командирами эскадрилий дивизии. — Все наши подразделения готовы к вылету…

— «Раски» выпустили своих птичек? — Кенни посмотрел на экран и не увидел ни одного МиГа. — Хотя бы эскадрилью?

— Нет, сэр, русские истребители до сих пор не выпускали, — последовал ответ дежурного.

— Тогда и мы не будем тратить на это время. Вылет не разрешаю, — отрицательно покачал головой Джейкоб, под изумленные взгляды собственных офицеров на мостике. — По предварительным характеристикам кораблей 15-ой дивизии русских, мы легко можем опрокинуть ее и без массового участия F-4… Я буду первым, кто уничтожит тактическое соединение противника без применения истребительной авиации…

— Но, сэр, это неразумно! — пытался возразить его помощник, сидящий рядом в кресле по правую руку от командующего. — Истребители помогут справиться с Хиляевым гораздо быстрее.

— И четверть из них погибнет на подлете, — ответил на это Кенни. — Да-да, Ирвин не мотай головой, я потеряю несколько десятков своих машин только лишь для того, чтобы раскатать дивизию адмирала Хиляева на полчаса раньше запланированного. Мы все равно победим «раски» в артдуэли, но зато сохраним наши эскадрильи в целости…

— Ну, если вы так уверены, сэр, — нерешительно согласился коммандер, — то…

— Да, я уверен, как никогда! — победно улыбнулся контр-адмирал и снова перевел свой взгляд на монитор. — Видишь, как расположены русские корабли? Эти простаки выстроились в тонкую «линию» в один «слой», пытаясь сдержать нас. Я же перед самым огневым контактом сгруппирую дивизию в ударный кулак и пробью его мощью зыбкое построение Хиляева, как нож прорезает тонкую ткань.

— Отличная идея, сэр, — кивнул коммандер, — теперь я и сам вижу промашку русских… Они растянулись, пытаясь охватить нас с «флангов», и поэтому прорвать их построение вполне даже возможно…

— Вот именно, — поддержал своего помощника, Джейкоб Кенни, — враги даже не представляют на кого нарвались. Думают, что смогут втянуть нас в позиционный бой, где корабли почти не двигаются и прикрывают друг друга собственными защитными полями. Это хорошо при обороне, но сильно снижает маневренность подразделения. Русским бы самим выстроиться подобным образом, но Хиляев допустил и эту ошибку. Грех не воспользоваться глупостью противника…

— Пять минут до первого огневого контакта, — монотонно сообщил оператор.

— Всем командирам кораблей, — Кенни включил локальный зашифрованный канал связи, — как только достигнем расстояния в сто тысяч километров, дредноутам первого класса — сгруппироваться в «клин», остальным — выстроиться четко им в кильватер. Сразу идем на прорыв построения русских. Координаты, в которые мы ударим, укажу несколько позже…

Контр-адмирал Кенни еще не решил, куда именно придется основной удар его дивизии. Скорее всего, он примет решение по предварительным результатам артиллерийской перестрелки. Какой из русских кораблей серьезней пострадает, туда и ринутся на форсаже американские дредноуты, а за ними и вся остальная 30-я дивизия. Джейкоб одним смелым рывком рассчитывал разорвать рыхлый, как ему казалось, строй русских и тем самым зайти врагу в тыл.

Дальше адмирал Хиляев конечно же запаникует и полностью расстроит свои порядки…

— Одна минута до огневого контакта…

— Дальнобойной артиллерии приготовиться, — Джейкоб аж заерзал в кресле, не в силах усидеть на месте, так долго он ждал этого боя.

— Противник остановился и ждет нашего приближения, — продолжал сообщать дежурный оператор. — Первые выстрелы пошли…

Практически одновременно обе дивизии открыли огонь из дальнобойных орудий. Длинные яркие лучи озарили пространство космоса и устремились навстречу друг другу. Битва началась.

Американцы, как и приказывал Кенни, не остановились и продолжили сближение на высокой скорости. Буквально через пару минут заговорили и все остальные орудийные платформы на кораблях — дистанция уже позволяла это делать. Теперь в периметре стало по-настоящему жарко.

Действительно Хиляев не стал выпускать собственные палубные эскадрильи, понимая, что все равно МиГи не смогут остановить превосходящие их в числе F-4 и лишь безвестно погибнут в противостоянии. Что же касаемо растягивания собственного строя в тонкую линию, здесь был тонкий расчет на то, что американцы клюнут именно на это.

Словно паук